Travel Stories  |

Βδξλό ξρεννει ΐςλΰνςθκθ (Χΰρςό 2)

Author:  Natalia Berezina         Date Added: 09.12.2012     Language: Russian

 

 

Зеландия

Соседка плоской Западной Фландрии – голландская провинция Зеландия - вообще лежит ниже уровня моря, местами - на 14 метров! «Борюсь и побеждаю» - написано на ее гербе. И побеждают ведь. Вода в Зеландии везде – вверху, внизу, вокруг. Жители ее, включая стариков и малых детей, не носят головных уборов и не пользуются зонтами даже под осенним дождем. Наша поездка туда была посвящена знакомству с апофеозом этой борьбы – проектом «Дельта», самым грандиозным инженерным сооружением, которое нам приходилось видеть.

Вернее, мы повидали только одну из дамб этого проекта – Oosterschelde-kering - штормовая преграда Остерсхельде. Для строительства дамбы, отделяющей лиман Восточной Шельды от моря, был сооружен искусственный остров Neeltje Jans, на котором собирались бетонные быки, составившие основание дамбы. На специальных баржах их доставляли на место установки. Шестьдесят две опоры погружены в воду наполовину и соединяются скользящими воротами, которые закрываются только в случае подъема воды более чем на три метра. В результате сохраняются условия обитания для живности, привыкшей к соленой воде. На проект ушло 13 лет и 3.6 миллиардов евро. Полностью дамба закрывается примерно два раза в год. По дамбе идет автомобильная дорога, движение по которой прекращается при штормовом ветре. На острове Neeltje Jans сейчас находятся выставочный центр и тематический парк, где можно просветиться о наводнениях и строительстве дамбы, прокатиться на кораблике по заливу и познакомиться с морскими обитателями. 

Под проливным дождем мы посмотрели представление, которое морские котики решили со скуки показать для нас сами, без дрессировщика-режиссера. И на кораблике прокатились вдоль дамбы, хотя близко он не подплывает.

По улицам столицы Зеландии – Мидделбурга – пробежались быстренько, так как еще не обсохли после Дельтапарка, а ветерок был неслабый. Город понравился – яркий, малоэтажный и жизнерадостный. Гармонично сочетающий старину и современность. И туристов нет. 

Когда-то здесь процветала Ост-Индская компания, а главная набережная называется Лондонской в память о тех днях, когда Голландия была главным морским перекрестком Европы.

Франция

Франция, как и Италия – страна с сильно выраженными региональными различиями. Нор-Па-де-Кале и Пикардия, по которым мы немного прокатились, еще раз это подтвердили. Отчасти, это – спорные земли, граница которых так часто менялась в ходе исторических переделов, что уже и непонятно, где ты находишься – во Франции или во Фландрии. Часть жителей Лилля вообще говорят на франко-фламандском диалекте и называют свой город Рижселем. 

Лилль понравился своей архитектурой - сочной и многогранной, как органный аккорд. А еще своими вафлями – со сливками, мороженым и шоколадом. Никогда не ела такого вкусного десерта. Мы были в Лилле после Кортрейка, во второй половине дня, поэтому времени на него катастрофически не хватило, всё и везде закрывается в пять часов. Поэтому вместо второй после Парижа коллекции живописи (увы!), посетили зоопарк у стен крепости, сооруженной вездесущим Вобаном. Зато красного панду видели.

Кафедральный собор Лилля Notre Dame de la Treille (Богоматери Виноградной лозы) – неоготика, строился с 1854 по 2004 год. Сначала показалось диковатым здание главного фасада, выполненное по технологии современных небоскребов, но по размышлении стало ясно, что и наша эпоха вправе оставить после себя память, как и готическая, и барокко. Интерьер собора так роскошен, что глаз не оторвать, особенно впечатлили мозаики стен и витражи. 

С мельницами во Фландрии у нас как-то не складывалось. Их было довольно много, но либо мы проезжали мимо под дождем, либо уже темнело, либо подобраться близко было невозможно из-за мокрых полей и огороженных частных владений. Но уж одну-то мельницу мы решили посмотреть точно – мельницу Нормелен, самую старую работающую мельницу Европы. Нормелен построена в 1127 году, хотя потом, конечно, ее реставрировали. Находится она на границе Франции и Бельгии, на французской территории, в уже совсем фламандской деревушке под названием Хондшот.

Нашей целью в Пикардии был Амьен. Но по дороге туда, не доезжая Арраса, мы свернули на глухие сельские дороги и разыскали объект, совсем необязательный для русского туриста. Два мемориальных комплекса – канадский Вими-Ридж и французский Нотр-Дам-де-Лоретт. Надо сказать, что земля северной Франции, как и Западной Фландрии, была жестоко перепахана войнами. В Пикардии военные мемориалы – где Первой Мировой, где Второй, а где и обеих вместе – встречаются удручающе часто – британский, польский, марокканский, французский, канадский … Страны Антанты и их союзники, среди которых была и Россия. До Реймса, Вердена и форта Помпель, где в 1916 году сражался Русский экспедиционный корпус - герои, забытые на Родине, мы не добрались. Зато посмотрели, как умеют чтить память своих граждан другие государства. 

Вими-Ридж - памятник канадцам, погибшим на французской земле с 1914 по 1917 год. Ослепительная стела, возвышающаяся над равнинами Пикардии. На белом мраморе выбиты имена всех 11285 канадцев, кто погиб за свою страну далеко за океаном. 

Нотр-Дам-де-Лоретт. Самый большой из французских мемориалов. «Умер за Францию» - можно прочитать на каждом кресте. Имена разные, а кресты так же одинаковы, как безликие фигуры в компьютерных стрелялках, только за каждым из них – оборвавшаяся радость и любовь. А еще в таких местах до ужаса понятно, какая наша Земля маленькая.

Наша экскурсия проходила в декорациях бурных атмосферных явлений. По-летнему яркое солнце за пять минут закрывали темно-синие низкие тучи, на минуту включался дождь, затем продувной ветрище уволакивал тучу за горизонт и все опять игриво золотилось. Понравилась мне французская осень. Амьен же встретил нас солнцем и теплом. 

Город оказался неожиданно небольшим, аутентичным и по провинциальному неторопливым. Там очаровательно соседствовали овощной рынок на старинной площади и торговая улица с магазинами брендовой одежды. 

Сердце города, безусловно, Нотр-Дам-де-Амьен – самый большой готический собор Франции, его центральный неф имеет высоту 42 метра и опирается на 126 колонн. На момент своей постройки собор мог вместить всех жителей города. 

Оформление фасадов заставляет вас застыть с запрокинутой головой, пока в глазах не потемнеет. Скульптуры, украшающие тимпан западного, главного портала, выполнены в 1224-1230 годах. Религиозные сюжеты так разнообразны и нравоучительны, что собор называют еще «Амьенской библией».

Главная святыня собора – Голова Иоанна Крестителя, ради нее собор и был построен. Не вся голова, конечно, а лицевая кость черепа. Часть реликвии была передана в дар в Рим, именно поэтому можно найти информацию о нахождении реликвии в двух местах. Привезена святыня была, как водится, из Крестового похода, но уже в 1206 году, когда разделение Церкви на западную и восточную успело породить глубокие конфликты. Поэтому, в соответствии с печальной традицией, православные паломники не часто добираются в Амьен к «первому во благодати мученику».

При реставрации было обнаружено, что изначально фасад был окрашен. Поскольку сведений о том, как это было сделано, нет, собор решили оставить как есть, но по вечерам стены собора подсвечиваются именно теми цветами, что были обнаружены на фасаде.

Внутри же резные перегородки для хора прекрасно сохранились и радуют глаз тонкостью работы, изображающей сцены из жизни святых покровителей Амьена – Святого Жана и Святого Фирмиана, первого епископа Амьена.

Осень на атлантическом побережье оказалась гораздо мягче и приветливее, чем я ожидала. От фламандского Кнокке-Хейста широкие белопесчаные пляжи тянутся на юг, во Францию, вдоль всего атлантического побережья. Начинающийся от Кале берег красиво именуется Опаловым. Несмотря на очень поверхностное знакомство с местностью, пожалуй, Кале – самое яркое мое воспоминание из всей поездки. Благодаря череде совершенно разных, но очень сильных впечатлений. Кале – город-антипод Брюгге. В Брюгге всё – навсегда, такова концепция. Что течёт и меняется – должно быть скрыто от глаз. Город заколдованно застыл в своем корсете, как принцесса из сказки о спящей красавице. В Кале, где ветер с Ла-Манша оседает солью на губах, чайки гуляют по улицам, а погода меняется каждые десять минут, остановить время просто невозможно. Только Беффруа, да Сторожевая башня, да бронзовые «Граждане Кале» встречают ветер перемен неколебимо, ибо они – История.

Кафедральный собор Notre-Dame-de-Calais был построен в 13-14 веках из желтого кирпича фламандскими каменщиками по проекту английских архитекторов. Поэтому готика здесь – очень непривычная глазу. Собор сильно пострадал во время обеих войн, для посещений он все еще закрыт. По приказу Людовика XIV, в 1691 году к боковой стене собора была пристроена каменная цистерна на 1800 кубических метров воды для хранения пресной воды на случай осады. Толщина ее стены – два метра. 

А осады здесь случались. Хроники Столетней войны рассказывают, что восемь месяцев держал в осаде жителей Кале Эдуард III в 1347 году, и город пал. По условию капитуляции английский король соглашался не отдавать город на разграбление, если шесть самых знатных горожан выйдут к нему босые, с веревками на шеях и ключами от города в руках. И шестеро знатнейших и богатейших людей города добровольно выполнили его условие.

Памятник, заказанный Родену муниципалитетом, предполагал лишь одного героя – Эсташа де Сент-Пьера в героической позе и изысканном наряде. Но Роден не мог забыть остальных пятерых и вообще видел все по-другому. Скульптор согласился на гонорар за одну фигуру, но в группе должно быть шесть человек. Все, кто увидел готовую работу, были потрясены. Но у города не хватало средств на отливку скульптуры. Ждать пришлось пять лет. Была объявлена общенациональная лотерея, и министерство культуры дало дотацию. Открыли памятник 3 июня 1895 года. Поначалу, вопреки замыслу автора, скульптура была установлена на высоком постаменте, но, после Первой Мировой войны ее поставили, как и хотел Роден – на Ратушной площади, откуда когда-то ушли герои, и без постамента, чтобы каждый мог заглянуть им в глаза.

Чтобы увидеть лицо каждого из «Граждан», надо обойти скульптуру кругом. 
Роден сделал еще два авторских экземпляра скульптуры. Один из них он держал у себя в мастерской в Париже, сейчас это музей Родена. Второй экземпляр заказали англичане. Но лишь на огромной пустой площади, продуваемой морским ветром, на родной земле, они – не просто памятник, они - граждане Кале, продолжающие вечно идти к своей вечной славе. Если кто не знает и огорчился - все они остались живы, Эдуард помиловал их по горячей просьбе своей королевы-фламандки.

Гавань Кале – сети, чайки, лодочки, засевшие на мели в ожидании прилива.

Пляж Кале, медитирующий до следующего летнего сезона.

Продолжая движение на юг, мы поехали к самому узкому месту пролива Ла-Манш, туда, где ширина его всего 37 километров и, если повезет с погодой, можно разглядеть берег туманного Альбиона. Cap Blanc Nez – мыс Белый Нос. Собственно, дальше на юг есть еще и Cap Gris Nez – Серый нос, но нам хватило и одного. Когда-то здесь шли бои, весь выступ изрыт дотами. Ветер срывает шапки, не дает дышать и тащит чаек вперед хвостами. 

Опаловый берег тянется за горизонт, а перед вами – расцвеченный солнцем Ла-Манш и – ура!!! - белые скалы Дувра на горизонте. Hello, Англия! Не обещаю, что мы к вам приедем, больно вы вредные, но мы подумаем. Пока мы стояли на краю мыса, старшему сыну пришла sms-ка «Добро пожаловать в Великобританию».

Ниже мыса есть проход между дюнами, и мы спустились на пляж, обнажившийся из-за отлива. Почему-то с дюн стекали ручьи воды, бежавшие в море, и ходить там было затруднительно. Желающие прогуляться топтались у полосы воды, не решаясь перейти. Я кое-как проковыляла через ручей по редким валунам, стараясь не думать, как буду пробираться обратно – очень уж хотелось поближе к океану подойти. Но мои трудолюбивые мужчины, не жалея рук и одежды, натаскали камней и соорудили «мост для мамы». Надо было видеть, как радостно ломанулись по нему незадачливые гуляющие. А вот самим слабо было догадаться принести камушков? Смешные они, благоустроенные иностранцы.

Опаловый Берег… Розоватое, голубое, жемчужно-серое – море, облака, мокрый песок – одно переходит в другое еле заметно, границы размываются, постоянно взбаламученные ветром облака отбрасывают танцующие тени, берег действительно переливается, как одноименный драгоценный камень. А дальше, за Cap Gris Nez и Булонью он перейдет в Алебастровый, который плавно перетечет в Изумрудный, а тот – в берег Розового гранита… Кажется, я начинаю чувствовать личную ответственность за строительство мостов и на тех прекрасных берегах, надо же дать иностранцам возможность общаться с морем…

Natalia Berezina
2012

 


 

Alexandra   07.08.2013
очень понравились Ваши впечатления!


Name:


Type your comment here:




  

Alteros 3D. Digital Photo albums software. Free downloads!

Download image viewer for your digital photo collections!

Alteros - digital photo manager with customizable interface. The program allows viewing any graphical files, digital photos, 3D files, DVD and video, HTML and many other formats!

  

© Copyright 2005- 2017  Brodyaga.com  Contacts . All photos,wallpapers,texts,maps are free for a personal use only. For a public professional or commercial use please contact Authors directly.